Irelia

Irelia никогда не стремилась кого-то вести за собой. Из всех фигур, порождённых ноксийской оккупацией Ionia, мало кто меньше походил на лидера сопротивления, чем юная танцовщица из Навори — пока древние танцевальные формы провинции не оказались ещё и сокрушительным способом сражаться.

Танец провинции на новый лад

Движения, которым обучалась Irelia, никогда не предназначались для войны. Они были грациозными, отточенными, церемониальными — и всё же она приспособила их, научившись левитировать небольшой арсенал клинков с помощью той же тщательной хореографии, которую её провинция всегда использовала совсем для другого. Это работало достаточно хорошо, чтобы она почти случайно проявила себя как боец — посреди оккупации, которая оставила ей мало выбора, кроме как продолжать сражаться.

Неожиданный лидер

То, что последовало дальше, тоже было не совсем её решением. Irelia вытолкнули на роль лидера сопротивления и публичного символа — позицию, за которую она держится с тех пор, по-прежнему посвятив себя защите Ionia спустя много времени после битвы, создавшей ей репутацию. Её набор по-прежнему несёт в себе танцевальную дисциплину: Bladesurge бросает её к цели и лечит при ударе, мгновенно перезаряжаясь, если цель уже отмечена или погибает от него, а Defiant Dance заставляет её заряжать удар, который бьёт тем сильнее, чем дольше она держит, игнорируя физический урон, пока ждёт. Flawless Duet швыряет два клинка, сходящихся на том, кто оказался между ними, оглушая и отмечая цель, а её ульт Vanguard's Edge выпускает шторм клинков, который разлетается взрывом наружу, а затем превращается в стену, на время разрезающую поле боя пополам.

Её пассивное умение Ionian Fervor вознаграждает именно ту выдержанную, ритмичную агрессию, которую породила её тренировка — накапливая скорость атаки с каждым применённым заклинанием, пока при полном заряде даже её базовые удары не начинают наносить реальный урон. Подходящий профиль для бойца-ассасина, которая никогда не училась быть солдатом, только танцевать, и в итоге возглавила сопротивление, потому что больше никого не осталось стоять в нужном месте, чтобы сделать это.